Неточные совпадения
Грустно видеть, когда
юноша теряет лучшие свои надежды и мечты, когда пред ним отдергивается розовый флер, сквозь который он
смотрел на дела и чувства человеческие, хотя есть надежда, что он заменит старые заблуждения новыми, не менее проходящими, но зато не менее сладкими…
— Нет, я не про пожары. — Тут он загадочно
посмотрел на Заметова; насмешливая улыбка опять искривила его губы. — Нет, я не про пожары, — продолжал он, подмигивая Заметову. — А сознайтесь, милый
юноша, что вам ужасно хочется знать, про что я читал?
Извольте
посмотреть на нашу молодежь,
На юношей — сынков и вну́чат,
Журим мы их, а, если разберешь, —
В пятнадцать лет учителей научат!
Бульба по случаю приезда сыновей велел созвать всех сотников и весь полковой чин, кто только был налицо; и когда пришли двое из них и есаул Дмитро Товкач, старый его товарищ, он им тот же час представил сыновей, говоря: «Вот
смотрите, какие молодцы!
На Сечь их скоро пошлю». Гости поздравили и Бульбу, и обоих
юношей и сказали им, что доброе дело делают и что нет лучшей науки для молодого человека, как Запорожская Сечь.
Юношей он инстинктивно берег свежесть сил своих, потом стал рано уже открывать, что эта свежесть рождает бодрость и веселость, образует ту мужественность, в которой должна быть закалена душа, чтоб не бледнеть перед жизнью, какова бы она ни была,
смотреть на нее не как
на тяжкое иго, крест, а только как
на долг, и достойно вынести битву с ней.
Незадолго до этого дня пред Самгиным развернулось поле иных наблюдений. Он заметил, что бархатные глаза Прейса
смотрят на него более внимательно, чем
смотрели прежде. Его всегда очень интересовал маленький, изящный студент, не похожий
на еврея спокойной уверенностью в себе и
на юношу солидностью немногословных речей. Хотелось понять: что побуждает сына фабриканта шляп заниматься проповедью марксизма? Иногда Прейс, состязаясь с Маракуевым и другими народниками в коридорах университета, говорил очень странно...
Макаров говорил не обидно, каким-то очень убедительным тоном, а Клим
смотрел на него с удивлением: товарищ вдруг явился не тем человеком, каким Самгин знал его до этой минуты. Несколько дней тому назад Елизавета Спивак тоже встала пред ним как новый человек. Что это значит? Макаров был для него человеком, который сконфужен неудачным покушением
на самоубийство, скромным студентом, который усердно учится, и смешным
юношей, который все еще боится женщин.
А она, отворотясь от этого сухого взгляда, обойдет сзади стула и вдруг нагнется к нему и близко взглянет ему в лицо, положит
на плечо руки или нежно щипнет его за ухо — и вдруг остановится
на месте, оцепенеет,
смотрит в сторону глубоко-задумчиво, или в землю, точно перемогает себя, или — может быть — вспоминает лучшие дни, Райского-юношу, потом вздохнет, очнется — и опять к нему…
Испитой
юноша посмотрел на меня, и я услышал, как он прошептал...
И она
посмотрела на вошедшего учителя. Студент был уже не
юноша, человек среднего роста или несколько повыше среднего, с темными каштановыми волосами, с правильными, даже красивыми чертами лица, с гордым и смелым видом — «не дурен и, должно быть, добр, только слишком серьезен».
Подробности этой встречи я описал в очерке, помещенном в одном сборнике, и повторять здесь не буду. Для меня,
юноши из провинции, воспитанного в барской среде, да и для всех москвичей и иногородных из сколько-нибудь образованных сфер, Щепкин был национальной славой. Несмотря
на сословно-чиновный уклад тогдашнего общества,
на даровитых артистов, так же как и
на известных писателей,
смотрели вовсе не сверху вниз, а, напротив, снизу вверх.
Райнеру видится его дед, стоящий у столба над выкопанной могилой. «
Смотри, там Рютли», — говорит он ребенку, заслоняя с одной стороны его детские глаза. «Я не люблю много слов. Пусть Вильгельм будет похож сам
на себя», — звучит ему отцовский голос. «Что я сделаю, чтоб походить самому
на себя? — спрашивает сонный
юноша. — Они сделали уже все, что им нужно было сделать для этих гор».
Юноша на все
смотрел добродушно!
Женевец привязался к своему ученику почти так же, как мать; он иногда, долго
смотрев на него, опускал глаза, полные слез, думая: «И моя жизнь не погибла; довольно, довольно сознания, что я способствовал развитию такого
юноши, — меня совесть не упрекнет!»
Ростовцев только удивленно и с сожалением
смотрел на положительно обезумевшего
юношу.
Старик внимательно
смотрел на юношу-слепца… Тот стоял бледный, но уже успокоившийся. При первых же звуках песни его руки нервно забегали по струнам, как будто покрывая их звоном ее резкие ноты… Бричка опять тронулась, но старик долго оглядывался назад.
Посмотрите на этого
юношу: он только что сошел с школьной скамьи; вид его скромен, щеки розовы, поступь плавна и благонравна, глаза опущены вниз…
Закуривая папиросу, она спрашивала и не ждала ответов, лаская мать и
юношу взглядом серых глаз. Мать
смотрела на нее и, внутренне улыбаясь, думала...
Вошел
юноша на голову выше меня, тонкий и красивый. Отец познакомил нас. Видимо, — это я потом сообразил, — отец ждал, что я поэкзаменую его сына,
посмотрю его тетрадки, — он их принес по приказанию отца. Но я не догадался, — только мельком взглянул
на тетрадки и сказал: «Хорошо!»
Хотя все это было сделано и сказано опять-таки с каким-то присущим этой женщине сценическим эффектом, но эффект удался как нельзя более: он вполне подействовал
на юношу, и Хвалынцев с глубоким, почти благоговейным уважением
посмотрел на графиню Цезарину.
Все относятся к ней почтительно, молодежь даже немножко боится ее, —
смотрит юноша на это большое тело жадными глазами, но когда с его взглядом встретится ее тесно обнимающий взгляд —
юноша смущенно опускает свои глаза. Жихарев тоже почтителен к своей гостье, говорит с нею
на «вы», зовет ее кумушкой, угощая — кланяется низко.
И смешно
на них, маленьких да пузатеньких, было
смотреть перед строем рослых бородатых
юношей.
Юноша все еще стоял неподвижно и
смотрел на лицо, в котором мало-помалу находил полнейшее подобие своего: те же черты, те же густые, синевато-черные волосы, те же большие, как ночь темные глаза.
Весь необузданный, страстный темперамент
юноши вылился в этих словах. Неприятный огонь снова пылал в его глазах, руки были сжаты в кулаки. Он дрожал всем телом под влиянием дикого порыва возмущения. Очевидно, он решился начать борьбу с отцом, которого прежде так боялся. Но взрыва гнева отца, которого ожидал сын, не последовало. Иван Осипович
смотрел на него серьезно и молчал с выражением немого упрека по взгляде.
Смотрел юноша, как хвастается осень богатствами своих красок, и думал о жизни, мечтал встретить какого-то умного, сердечного человека, похожего
на дьячка Коренева, и каждый вечер откровенно, не скрывая ни одной мысли, говорить с ним о людях, об отце, Палаге и о себе самом.
Юноша представлял себе, как по пыльной, мягкой дороге, устланной чёрными тенями берёз, бесшумно шагает одинокий человек, а
на него, задумавшись,
смотрят звёзды, лес и глубокая, пустая даль — в ней где-то далеко скрыт заманчивый сон.
Юноша вспомнил тяжёлое, оплывшее жиром, покрытое густой рыжею шерстью тело отца, бывая с ним в бане, он всегда старался не
смотреть на неприятную наготу его. И теперь, ставя рядом с отцом мачеху, белую и чистую, точно маленькое облако в ясный день весны, он чувствовал обиду
на отца.
«За меня, — думала она, — всякий посватается, раз — что я с деньгами, и я могу выбрать кого захочу. Вот хоть этого
юношу возьму», — думала она и не без удовольствия остановила свой взор
на зеленоватом, нахальном, но все-таки красивом лице Виткевича, который говорил мало, ел много,
посматривал на Вершину и нагло при этом улыбался.
Сожаление и досада изобразились
на лице молчаливого проезжего. Он
смотрел с каким-то грустным участием
на Юрия, который, во всей красоте отвагой кипящего
юноши, стоял, сложив спокойно руки, и гордым взглядом, казалось, вызывал смельчака, который решился бы ему противоречить. Стрелец, окинув взором все собрание и не замечая ни
на одном лице охоты взять открыто его сторону, замолчал. Несколько минут никто не пытался возобновить разговора; наконец земский, с видом величайшего унижения, спросил у Юрия...
— Однажды я стоял
на небольшом холме, у рощи олив, охраняя деревья, потому что крестьяне портили их, а под холмом работали двое — старик и
юноша, рыли какую-то канаву. Жарко, солнце печет, как огнем, хочется быть рыбой, скучно, и, помню, я
смотрел на этих людей очень сердито. В полдень они, бросив работу, достали хлеб, сыр, кувшин вина, — чёрт бы вас побрал, думаю я. Вдруг старик, ни разу не взглянувший
на меня до этой поры, что-то сказал
юноше, тот отрицательно тряхнул головою, а старик крикнул...
Шуршат и плещут волны. Синие струйки дыма плавают над головами людей, как нимбы.
Юноша встал
на ноги и тихо поет, держа сигару в углу рта. Он прислонился плечом к серому боку камня, скрестил руки
на груди и
смотрит в даль моря большими главами мечтателя.
Все те юноши-парни, которые млели перед ее мощным взглядом, которые
смотрели на нее, по ее собственному выражению, как коты
на сало, были противны ей. Она читала в их глазах способность полного ей подчинения, тогда как она искала в мужчине другого — она искала в нем господина над собою. Она презирала их и в ответ
на их признания била парней «по сусалам», как выражались соседи.
Обрадованный драгоценностью,
юноша не обратил особенного внимания
на эти слова. И теперь он
смотрел на кольцо не с мыслью о прежнем его владельце, а с мыслью о Маше, которой особенно из всех подарков «особы» оно понравилось. Она несколько раз примеряла его себе
на руку и, хотя оно было ей велико, но все же прелестно оттеняло белоснежный цвет ее ручек. С этого времени это кольцо стало для него еще дороже.
Так
смотрит мальчик
на воина в полном вооружении; так неопытный
юноша, в душе которого таятся, однако ж, гибельные семена мотовства, неудовлетворенных страстей и разврата,
смотрит на современного ловласа; так, наконец, другой
юноша, пылкий, но непорочный,
смотрит на великого артиста или художника и вообще
на всякого человека, выходящего из ряда обыкновенных людей.
Платонов (один). Мало знающий, много думающий и из-за угла много говорящий
юноша. (
Смотрит в дверь столовой.) А вон и Софья. По сторонам
смотрит… Меня ищет своими бархатными глазами. Какая она еще хорошенькая! Сколько в ее лице красивого! Волосы всё те же! Тот же цвет, та же прическа… Сколько раз приходилось мне целовать эти волосы! Славные воспоминания навевает
на меня эта головка…
Но ты не захотела, ты обманула меня — тебя пленил прекрасный
юноша… и безобразный горбач остался один… один… как черная тучка, забытая
на ясном небе,
на которую ни люди, ни солнце не хотят и взглянуть… да, ты этого не можешь понять… ты прекрасна, ты ангел, тебя не любить — невозможно… я это знаю… о, да
посмотри на меня; неужели для меня нет ни одного взгляда, ни одной улыбки… всё ему!
Кто бы не сказал,
смотря на него: Антиной [Антиной —
юноша, отличавшийся редкой красотой, любимец императора Адриана (ум. в 130 г.).] в одежде военной!
Некоторые из этих волокит влюбились не
на шутку и требовали ее руки: но ей хотелось попробовать лестную роль непреклонной… и к тому же они все были прескушные: им отказали… один с отчаяния долго был болен, другие скоро утешились… между тем время шло: она сделалась опытной и бойкой девою:
смотрела на всех в лорнет, обращалась очень смело, не краснела от двусмысленной речи или взора — и вокруг нее стали увиваться розовые
юноши, пробующие свои силы в словесной перестрелке и посвящавшие ей первые свои опыты страстного красноречия, — увы,
на этих было еще меньше надежды, чем
на всех прежних; она с досадою и вместе тайным удовольствием убивала их надежды, останавливала едкой насмешкой разливы красноречия — и вскоре они уверились, что она непобедимая и чудная женщина; вздыхающий рой разлетелся в разные стороны… и наконец для Лизаветы Николавны наступил период самый мучительный и опасный сердцу отцветающей женщины…
Он бросил этот вопрос, точно камень, в угол, где тесно сидела молодежь и откуда
на него со страхом и восторгом
смотрели глаза
юношей и девушек. Речь его, видимо, очень поразила всех, люди молчали, задумчиво опустив головы. Он обвел всех горящим взглядом и строго добавил...
Лишь только он успел договорить последнее слово, как все офицеры, сколько их было в избе, снова впились в лицо Игоря жадными, любопытными глазами. Даже самый молодой из них, по всей вероятности, только что выпущенный в полк, безусый юноша-гусар, бросил писать бумагу и, покусывая карандаш,
смотрел на Игоря горящим тем же любопытством взором.
— Не
посмотрел бы я ни
на что, — отвечал ему Иоанн, — сам бы сжег ваш город и закалил бы в нем праведный гнев мой смертью непокорных, а после залил бы пепел их кровью, но я не хочу ознаменовать начало владения моего над вами наказанием. Встань, храбрый
юноша. Если ты так же смело будешь защищать нынешнего государя своего, как разбойничал по окрестностям и заслонял мечом свою отчизну, то я добрую стену найду в плечах твоих. Встань, я всех вас прощаю!
Высоким господином интересовались, кажется, многие дамы: некоторые
на него взглядывали, другие приветливо ему кланялись, а одна молодая дама даже с умыслом села близ него, потому что, очень долго заставив своего кавалера, какого-то долговязого
юношу, носить по зале стул, наконец показала
на колонну, около которой стоял франт; но сей последний решительно не обратил
на нее внимания и продолжал лениво
смотреть на свои усы.
И во время вечерни устроили мне
на озере в лесу собеседование с некиим
юношей. Был он тёмный какой-то, словно молнией опалённый; волосы коротко острижены, сухи и жестки; лицо — одни кости, и между ними жарко горят карие глаза: кашляет парень непрерывно и весь трепещет.
Смотрит он
на меня явно враждебно и, задыхаясь, говорит...
Я
смотрю в это лицо, и мне кажется, что вижу
на нем ясно и четко печать таланта. «Этот будет принят вне всякого сомнения. Счастливец!» — решает за меня кто-то посторонний в моей душе, и я ловлю себя
на нехорошем чувстве: я завидую этому
юноше, у которого
на лице явно выражено дарование.
Ипполит Сергеевич тоже
смотрел на него, думая, что к этому
юноше следует относиться со всей возможной деликатностью и что было бы хорошо избежать «идейных» разговоров с ним, потому что он, наверное, в спорах волнуется до бешенства.
Большая семья — трое
юношей, помимо Александра, да девиц пять. Имение заложено. Знаешь, я очень выгодно купила у них библиотеку, — есть весьма ценные вещи. Ты
посмотри, может быть, найдёшь что-либо нужное тебе… Александр существует
на жалованье.
Рябинин лежал в совершенном беспамятстве до самого вечера. Наконец хозяйка-чухонка, вспомнив, что жилец сегодня не выходил из комнаты, догадалась войти к нему и, увидев бедного
юношу, разметавшегося в сильнейшем жару и бормотавшего всякую чепуху, испугалась, испустила какое-то восклицание
на своем непонятном диалекте и послала девочку за доктором. Доктор приехал,
посмотрел, пощупал, послушал, помычал, присел к столу и, прописав рецепт, уехал, а Рябинин продолжал бредить и метаться.
И
юноша смотрел не
на нее, —
Хотя она одна была царицей
Его воображенья и причиной
Всех сладких и высоких дум его,
На голубое небо он
смотрел,
Следил сребристых облаков отрывки
И, с сжатою душой, не смел вздохнуть,
Не смел пошевелиться, чтобы этим
Не прекратить молчанья: так боялся
Он услыхать ответ холодный или
Не получить ответа
на моленья!..
Он искренно считал меня тупым
юношей и со страхом
смотрел на мою мнимую беспомощность.
Сережа стал похож
на отца, волосы его темнели, он
смотрел почти
юношей; голос у него срывался с низких нот
на высокие.